Авг 242013
 

Чем небезопасно ограничение права родителей на воспитание малыша в избранной ими системе ценностей? Не ведет ли защита прав малыша к размытию функций семьи, ее естественных прав на независящее и саморегулируемое устройство?

Мой дом моя крепость?

Не нужно мыслить, что ювенальная юстиция создается только для молодых наркоманов, хулиганов и преступников. Ювенальный трибунал, сначала, рассматривает дела несовершеннолетних, находящихся в ситуации угрозы, т. е. малышей, еще не совершивших правонарушений. Таким макаром реализуется профилактическая функция судебного решения (Аналитическая записка о состоянии и дилеммах законотворчества).

В ситуации угрозы, по отзывам профессионалов, в Рф находятся фактически все малыши. Ребенок в небезопасной ситуации это уже не просто фигура речи, а юридическое понятие, включенное в русское законодательство. А так как от угрозы нужно выручать, то таким спасением и занимаются в мире ювенальные службы. Суммируя вышеупомянутое, несложно прийти к выводу, что когда ювенальная юстиция заработает (если мы допустим) в Рф на полную мощь, ее представители получат беспрепятственный доступ в каждую российскую семью.

Пока соц работник не может придти в хоть какой дом, такое может быть только в исключительных случаях либо когда малыши живут в вправду неблагополучных семьях, либо когда они уже состоят на учете в милиции. Но большая часть семей не относятся ни к той, ни к другой категории. Взрослые члены этих семей расценили бы таковой приход спасателей как наигрубейшее вторжение в личную жизнь и не пустили бы их на порог. И что самое принципиальное никто им пока за это ничего не сделает!

В ювенальной действительности все по-другому. На Западе вы не сможете не пустить к для себя работников служб, которые занимаются защитой малышей. А если не пустите, вам же ужаснее. Они ведь не просто приходят с инспекцией, а составляют рапорт, от которого зависит судьба вашей семьи. Напишут, что все у вас отлично ребенок остается с вами. Придерутся к чему-нибудь и у ювенального суда появятся весомые основания изъять малыша из семьи. Ведь его нужно защищать от угрозы!

Таким макаром, фактически неважно какая семья лишается независимости. Твой дом уже не твоя крепость. Отец с мамой уже не главные в собственной семье, а главные сотрудники ювенальных служб, которые лучше знают, как верно воспитывать малыша, чем его подкармливать, чему учить, как вылечивать и одевать. Чтоб нас не обвинили в некомпетентности, сошлемся на заключение, составленное очень компетентными юристами столичной организации Родительский комитет. Эти люди конкретно мастерски, пользуясь русским законодательством, противодействуют либеральным тенденциям, направленным на разрушение семьи. Вот выдержка из заключения:

В рамках проектов ювенальной юстиции предки преобразуются из легитимных представителей, владеющих правом на преимущественное воспитание собственных малышей, в мишень для правовых органов и соц служб. Не может не тревожить каждого родителя то, что данными законопроектами ставится под опасность независимость семьи, ее право без помощи других решать вопросы домашней жизни, право родителей определять ценности воспитания и устройства домашней жизни, классические детско-родительские дела, исходящие из подчинения младших старшим. Возможность неконтролируемого вмешательства различных структур в дела семьи и ограничение естественного права родителей на воспитание малыша в избранной ими системе ценностей ведут к размытию функций семьи, ее естественных прав на независящее и саморегулируемое устройство, нивелируют конституционные принципы, Закон о семье.

Например, по воззрению создателей проекта Федерального Закона „Об основах системы ювенальной юстиции“, предметом регулирования данного закона становятся „дела, складывающиеся в процессе реализации и обеспечения прав, свобод и легитимных интересов малыша судами, другими муниципальными органами, органами местного самоуправления при участии неправительственных организаций“. Другими словами предки не только лишь практически устраняются от решения вопросов защиты прав собственных малышей, но становятся предметом пристального контроля со стороны этих самых органов. (XVI Международные образовательные Рождественские чтения, М., 2008, Конференция Родительское публичное движение: семья и образование, раздаточные материалы.)

Так что изъять малыша из семьи при переходе на ювенальную юстицию будет еще проще, чем на данный момент. Пока для этого необходимы очень значимые аргументы, подтверждения практически криминального дела родителей к детям. Но это только до того времени, пока живой обычный взор на семью. Пока общество и правительство убеждены, что родную мама, даже не очень неплохую, никто не поменяет. Что самые наилучшие, самые богатые и образованные приемные предки не могут дать ребенку того, что дает ему кровная семья. И потому ее необходимо сохранять до последнего.

Ювенальная юстиция глядит на делему совсем по другому. Кровное родство ничто либо практически ничто. Недаром словосочетание родная мама так навязчиво заменяется как бы более современным, наукообразным, а на самом деле оскорбительным био мама. Утрата био семьи никакая не катастрофа, безизбежно накладывающая отпечаток на всю следующую жизнь малыша, а напротив, это защита малыша, находящегося в небезопасной ситуации. И чем быстрее его получится защитить, тем лучше.

Мы желаем тут еще раз выделить: корень этой коренной реформы в области защиты прав малышей в том, что резко принижается, практически обесценивается роль реальных, кровных родителей. Ребенок искусственно вычленяется из семьи, наделяется приоритетными правами и противопоставляется родителям.

Нас убеждают, что социальные службы всемерно стараются сделать, укрепить семейные дела. Но действительность свидетельствует об оборотном. Официальная причина, по которой у актрисы Натальи Захаровой отняли во Франции, где она жила, выйдя замуж за француза, трехлетнюю дочь, это удушающая материнская любовь. Так было написано в решении суда. Вникните в этот вердикт! Мама сочли недостойной воспитывать свою девченку, так как она очень очень ее обожала. Криминальным в поведении Натальи Захаровой сочли и то, что она купила ребенку такую же кофту, как для себя. Сотрудники соц служб обвинили ее в том, что она желает подавить особенность 3-х летней Маши, сделать ее похожей на себя. У другой французской мамы отняли отпрыска за то, что она очень длительно, по воззрению защитников прав несовершеннолетних, держала его без движения в прогулочной коляске. Она делала это, чтоб он не бегал по онкологической поликлинике, куда она приезжала совместно с ним навестить хворую раком старшую дочку. Но ее резоны не были приняты во внимание. Кстати, дочку тоже отняли заодно, реализовав, возможно, таким макаром, профилактическую функцию судебного решения.

В Америке, где запрещено оставлять без присмотра малышей до 12 лет, родителям предстоит суровое разбирательство за создание ситуации, небезопасной для жизни малыша, если они отлучатся даже совершенно на короткий срок. Русской мамы бы и в голову не пришло вызывать няню либо, как принято именовать, бейби-ситера, чтоб она присматривала за одиннадцатилетним ребенком, пока она будет выносить мусор, пишет в апологетической статье Полная free (свобода) под серьезным соблюдением law (закона) Джамиля Сайрамова (Учительская газета, приложение Модернизация шаг в будущее, вып. N4(10).

Перечень родительских злодеяний можно продолжать до бесконечности. Все, что угодно, рискует стать основанием для отнятия малыша. Было бы желание ювенального суда… В Австралии ребенок решил отпраздновать свое пятнадцатилетие в Макдональдсе, пригласив 30 человек гостей. Отец сделал возражение, что это много, он такую сумму не потянет. Мальчишка посетовал заступникам детских прав, и отец был поставлен перед выбором: или он все-же изыскивает средства на детский банкет, или ему придется распрощаться с отпрыском. Ребенок ведь не должен ощущать себя ужаснее других. Если в их классе так принято отмечать денек рождения, означает, отец своим отказом травмирует его. Соответственно, психологическому здоровью ребенка грозит опасность.

Не выручают ни средства, ни связи, ни известность. Поп-звезду Бритни Спирс обвинили в том, что оба бассейна на ее вилле могут представлять опасность для ее малышей, играющих недалеко, так как не соответствуют предписанным законом требованиям. Сотрудники калифорнийской Службы защиты малышей не один раз приходили к певице с проверками и всякий раз уходили с претензиями. В итоге она, не выдержав их напора, перебралась с детками в гостиницу. Но малышей у нее позже все равно отняли.

Если честно, для нас длительно оставалось загадкой, почему западные предки не восстают против растления малышей под видом sex-education. Неуж-то они и взаправду, как убеждают нас его сторонники, поголовно за? Случай с баварской школьницей прояснил ситуацию. Родители-католики, узнав, что их пятнадцатилетней дочке Мелисе Бусекрос показывали на соответственном уроке кинофильм с половыми актами, закончили пускать девченку на уроки. Администрация школы, озабоченная тем, что нарушаются права малыша на получение образования и в том числе инфы о здоровье (репродуктивном, сексапильном и, возможно, нравственном, так как школьная программка утверждена наверху и по определению не может никого растлить), обратилась в надлежащие инстанции. Девченку отвезли к психиатру. Он поставил диагноз фобия школы, появление которой, естественно, кидало тень на родителей. После обследования Мелису выслали домой, но через некое время, так как она упорствовала в собственном нежелании ходить в школу, ее изъяли из семьи и расположили в клинику для сумасшедших. А что еще оставалось делать? Девченка впала в депрессию, пробовала покончить с собой. Когда же попытка не удалась, Мелиса написала письмо в группу защиты прав малыша, умоляя воссоединить ее с родителями. Но, как было сказано в публикациях на данную тему, власти не торопятся возвратить девченку в семью, мотивируя это заботой о состоянии ее здоровья. За год ранее других германских родителей и совсем посадили в кутузку за то, что их ребенок получал образование дома. В Германии образование на дому считается тяжким злодеянием. При всем этом сексапильное просвещение школьников непременно.

Кстати говоря, случай с Мелисой отлично иллюстрирует еще одну специфическую особенность ювенальной юстиции: Система ювенальной юстиции решает не трудности малышей вообщем, но делему определенного малыша в определенной актуальной ситуации, что в итоге позволяет решать трудности малышей вообщем (Аналитическая записка…). Германские предки получили на определенном примере злосчастной Мелисы приятный урок, который, можно не колебаться, будет полезен и германским бюрократам системы образования в решении заморочек малышей вообщем, а конкретно: трудности предстоящего внедрения сексуально-просветительских кинофильмов в школы страны.

Жизнь по решению суда

Приведем реальную историю (одна из многих, очень обычная!), произошедшую в Голландии и описанную в книжке Пастернак против Нидерландов. Однофамилец величавого поэта сначала 90-х покинул родную Одессу и уехал с семьей в эмиграцию. Когда его дочери исполнилось 14 лет, она попала под воздействие более продвинутой подруги, сдала в учебе, начала прогуливать школу, добиваться средств в общем, все как в нашей гипотетичной истории. И хотя предки практически ни в чем ее не ограничивали (к примеру, Ира совсем не помогала по хозяйству) и даже чрезвычайно баловали, ей хотелось еще большей свободы. Она начала сетовать в Инспекцию по делам несовершеннолетних. Ее там, естественно, поддержали. Вот она, приоритетность прав малыша в действии!

И когда отец возмутительным образом нарушил права Иры, попытавшись ваткой стереть с ее лица очень, на его взор, вульгарную косметику, ее укрыли от ожесточенного воззвания в приюте. Когда же предки попробовали возвратить дочку, их лишили родительских прав. Пастернаки обращались во различные инстанции, дошли до голландской царицы и Евро суда. Всего ими было написано порядка 60 жалоб. Итог был всегда один и тот же нулевой. Всех, кому мы высылали факсы и письма, свидетельствует Пастернак, мы просили о встрече, чтоб подробнее поведать и показать факты беззакония. Но инстанции вновь и вновь писали нам стандартные ответы, а все наши жалобы пересылались тем, на кого мы сетовали и все оставалось как и раньше. Выручило ситуацию только то, что приблизительно через год Ира возвратилась домой сама. Если б не это, они бы ее не узрели как минимум до совершеннолетия. Некие яркие подробности лучше дать в изложении самого создателя.

… Нам было сказано, вспоминает Г. Пастернак, что нас приглашают на беседу в отделение милиции по работе с детьми… Мы, удовлетворенные, практически побежали на эту встречу, надеясь на то, что на данный момент все завершится, но в этом отделении нас ожидал заблаговременно приготовленный сюрприз. Нас повстречали двое полицейских: Ханс Кромдайк и Ес Еммерих. Мы им тщательно поведали о случившемся и проявили документы. В ответ они начали нам грозить и произнесли, что дочери у нас небезопасно находиться, вы, дескать, грозили дочери, поэтому она и удрала, и вы должны честно в этом признаться. Тогда я растолковал Кромдайку, что мы желаем сделать заявление на работников Комиссии о подаче неверных сведений арбитре. В ответ мне: Заткни пасть, по другому вообщем выгоню. По закону ты никто, только био отец. Ольга на это произнесла, что мы можем высказывать свое мировоззрение. И она как мама, и я как отец. Кромдайк с ехидной ухмылкой ответил, что тут, в бюро, им нельзя указывать, что и кто может. 2-ой полицейский поначалу молчал. А позже вдруг тоже стал орать и грозить: Будете много выступать и второго малыша заберем.

Ольгу временно лишили родительских прав на год. Это лишение прав означало, что ребенку назначается опекун, что предки не могут оказывать на малыша никакого воздействия, но как и раньше несут за него полную ответственность. И финансовую в том числе: они обязаны оплачивать содержание малыша в приютах. Не считая того, решения в экстремальных случаях должны принимать опять-таки они, а не назначенный опекун. К примеру, когда дочь желали положить в поликлинику согласия на госпитализацию все равно добивались у Ольги.

… люди в платьицах арбитров лишают родителей малышей, а малышей родителей. Эти организации ссорят семьи, заместо того, чтоб их мирить, как декларируется в брошюрах. „Миротворцы“ делают так, что позже малыши и предки созидать друг дружку не желают. Я <...> лицезрел и голландские семьи, пострадавшие от произвола Инспекции. У одной дамы было дело очень доходное она занималась лошадьми. И она, в конце концов, осталась без ничего.

Малышей отымают или у иноземцев их употребляют как дармовую рабочую силу, или у богатых голландцев из их можно сосать средства. И лишают их этих средств. Они уходят на переписку, на адвокатов, на содержание малышей в приютах. И родителей просто раздевают: те остаются без средств, но малышей они до 18-летия так и не лицезреют. А после 18-летия эти малыши, завидев родителей, просто удирают от их.

Русская специфичность

В ответ на повсевременно множащиеся примеры ювенальных безобразий на Западе российские сторонники этого требования времени обожают гласить, что у нас все будет по-другому. Но повсевременно множащиеся примеры того, что (еще пока в качестве подготовки земли) происходит в Рф, не дает оснований для оптимизма. В Таганроге, где уже существует ювенальный трибунал, школьник подал иск на учительницу, которая наказала его за разбойническое поведение, не взяв на экскурсионную поездку. Возмущенный попранием собственных прав ребенок (нужно считать, не без содействия заинтересованных взрослых) востребовал компенсации морального вреда в размере 70000 рублей. Трибунал смилостивился над ответчицей и скостил сумму до 30000. Учительница после чего уволилась. Как ощущает себя несовершеннолетний истец, и какой урок получили другие учителя, думаем, читатель представит для себя, в особенности не напрягая воображение.

Другая история произошла в Москве, которая, меж иным, тоже относится к ювенально-пилотным регионам. Отец, воспитывая тринадцатилетнюю дочку один, приучивал ее бегать по утрам. Соседки посетовали в органы опеки, что он истязает малыша. Они вообще-то и ранее обожали сетовать. Юная дама, поведавшая нам эту историю, поведала, что они когда-то доносили и на ее мама. В тот раз им не нравилось, что малыша истязают уроками музыки, лишая юношества. Но 20 годов назад права малышей у нас в стране еще не были на подабающей высоте, и сигнал остался без ответа. Зато на данный момент ответ последовал немедленно. Отец и глазом моргнуть не успел, как его лишили родительских прав, а девченку расположили в детдом. Позже она, правда, как нидерландская Ира, сбежала домой. А так как ювенальное законодательство у нас еще не принято и в деле было допущено огромное количество нарушений, от этой семьи отстали. Девченка снова живет с папой. Он востребовал возвращения ему родительских прав, но оказалось, что возвратить права куда труднее, чем их лишиться. По последней мере, спустя 18 месяцев после начала этой истории отец в собственных правах еще не был восстановлен.

В Псковской области фактически сразу у 2-ух матерей-одиночек пробовали отнять малышей: у одной троих, у другой четырех. Мотив бедность, утрата работы. Точно так же как во Франции, судя по документам французской ассоциации Защита, приведенным в книжке Г. Пастернака. Французская система соц служб нелегально отбирает малышей у родителей, потерявших работу, говорится в воззвании этой ассоциации.

Так что в вышеперечисленных случаях никакой русской специфичности не наблюдается. Хотя она, естественно, не исключена. Но проявляться может, на наш взор, в другом. На Западе отнятых малышей за границу не продают. Напротив, там готовы брать сирот. Откуда угодно: из Азии, из Латинской Америки, из Африки. Осенью 2007 года разгорелся интернациональный скандал из-за пробы французской гуманитарной ассоциации похитить в африканской Республике Чад 103 малыша, которых желали переправить во Францию для передачи усыновителям.

Малыши из Рф очень хотимый продукт. Сколько нам в протяжении последних пятнадцать лет ведали в СМИ о великодушных иноземцах! Они, типо, забирают, в главном, детей-инвалидов, которые тут никому не необходимы, а там обретают дом, семью, мед помощь. Потому для нас, признаться, явились неожиданностью официальные данные. Из доклада Председателя Комитета Госдумы по делам дам, семьи и малышей Е. Ф. Лаховой на I Всероссийской конференции Семья, малыши и демографическая ситуация в Рф, состоявшейся 17 октября 2006 года: Вывозятся из Рф, в главном, мелкие малыши, 70% от всех усыновленных, они фактически здоровы либо имеют заболевания, которые лечатся в Рф. Дети-инвалиды составляют едва 2,5% (Сборник докладов, стр. 7).

Видимо, в ожидании ювенальной юстиции и, соответственно, в предвкушении обеспеченного улова в Рф открываются зарубежные агентства по усыновлению. Молвят, это поможет упорядочить функцию. Что ж, и взаправду поможет: отняли малыша и стремительно переправили в Париж, Франкфурт либо Амстердам. А там отыскивай ветра в поле. Сколько наших дам годами не может возвратить малышей, вывезенных за границу мужьями-иностранцами! И ведь этих дам никто не лишал родительских прав, но все они равно бесправны. Что все-таки гласить о тех, кого лишат?

Как во всем цивилизованном мире…

Естественно, у всех малышей не отнимут. Как произнесла Зоя Космодемьянская, всех не перевешаете. Но жизнь в критериях неизменного мониторинга отменно поменяется. Наибольшая для нас загадка почему безмолвствуют граждане либерального склада, для которых свобода есть основная актуальная ценность? Неуж-то Запад до сего времени их так магически зачаровывает, что они готовы приветствовать полностью все, что исходит оттуда?

Мы, к примеру, себя к либералам не причисляем, ну и малышей у нас малеханьких, которых можно отнять, уже нет. Но жизнь под контролем и по указке ювенальных служб представляется нам очень унизительной. На наш взор, это недопустимое ущемление людской свободы, людского плюсы.

Дело в том, что хоть какой взрослый человек принимает собственный дом как местность свободы. Это в подростково-юношеском возрасте многие жаждут вырваться из дому на волю, так как их стесняет главенство родителей. Но обретя собственный дом и, тем паче, свою семью, человек конкретно там ощущает себя более свободным, там он обустраивает все по собственному разумению. И пробы стороннего вмешательства в виде критики и в особенности навязывания собственных понятий либо вкусов могут восприниматься достаточно болезненно. Даже когда эти пробы исходят от близких родственников, которым позволено куда больше, чем чужим.

И самое, пожалуй, ценное для современного домашнего человека на домашней местности свободы это малыши и право их воспитывать так, как он считает необходимым. Непременно, есть определенные нравственные ограничения, но для обычных людей это не неувязка, так как они с ними согласны без принуждения снаружи. А в остальном воспитание малышей представляет собой обширное поле для свободы и творчества взрослых. При этом, сейчас многим взрослым больше негде насытить эту живущую в каждом человеке потребность в творческой реализации. Далековато не у всех работа творческая и увлекательная. Даже напротив, многие, закончив институт, работают не по специальности на работе, не требующей ни высшего образования, ни каких-либо творческих проявлений. Не все, естественно, но многие жертвуют своими проф интересами ради достойного обеспечения семьи. И, может быть, потому воспитание малышей на данный момент представляет для значимого числа юных родителей необыкновенную ценность.

Но даже для тех, кто не хочет заниматься своими детками, все равно очень принципиально ощущать себя дома свободно. И, переступая порог, вроде бы давать себе команду вольно.

Жизнь по указке ювенальных служб и тем паче, по решению ювенального суда эту домашнюю вольницу упразднит. Дом, домашняя жизнь, воспитание малышей закончат быть территорией свободы и напротив, перевоплотился в источник неизменной волнения, неизменного напряжения, неизменного ужаса. Возможно, люди с либеральными установками задумываются, что их ювенальный контроль не коснется, так как они как раз воспитывают малышей в духе времени, не ущемляя их в современных утехах типа компьютерных игр либо дискотек, не видя ничего ужасного в сексапильных отношениях подростков и т.п. Может быть, они не одобряют крайностей, но в целом их современная жизнь полностью устраивает. Потому в либеральном стане нет никакого волнения по поводу ювенальной юстиции.

А напрасно! Жизнь может оборотиться совершенно по-другому. Большевики, запуская механизм репрессий, тоже задумывались, что он будет ориентирован лишь на плохо воспитанных классовых противников. Но скоро сами оказались жертвами собственного законотворчества.

Мировоззрение зарубежных профессионалов:

Линетт Барроуз, преподаватель и публицист (Англия):

Если поразмыслить, то окажется, что престижный крестовый поход за права малышей не может не быть направленным против семьи. Это движение заявляет, что оно более заинтересовано в благе малышей, чем обыденных родителей, и ищет права и законы для малышей, которые не необходимы ни детям, ни родителям. Оно обещает предоставить детям легитимные санкции против родителей и, тем, испытывает родителей на крепость сил и разума…

Cмысловая нагрузка термина права малышей заключает внутри себя попытку сыграть на родительских эмоциях и благородстве устремлений, выраженном в слове права. Какая заведомая ересь! Традиционное определение слова право звучит как свобода действовать без вмешательства согласно совести, а индивид должен владеть возможностью распорядиться своим правом. Малыши же, ввиду незрелости и неопытности, не имеют таковой способности, потому у малышей есть те, кто действует в их интересах, люди, которые произвели их на свет и которые обожают их больше всех. И это те люди взрослые предки, которые имеют свободу действий по совести в отношении собственных малышей в рамках закона, и это конкретно та свобода, которую активисты движения за права малыша стремятся убрать…

Одной из особенностей прав, изыскиваемых активистами для малышей, является их чрезвычайная узость и спорность: если б это вправду были нужные в рамках закона права, то следовало бы начинать с права малыша быть рожденным, а не убитым до рождения. Но все бойцы за права малышей поддерживают практику аборта в принципе, как если б это делалось в наилучших интересах нерожденного малыша…

Их мировоззренческая ориентация разъясняет узость и повторяемость их повестки денька, также то, почему главным положением во всех случаях является необходимость высвободить малышей от родительской заботы и контроля: избрав для самих себя положение безбрачного существования даже и при наличии малышей, они имеют глубоко укорененное неприятие института брака либо, во всяком случае, считают, что брак не важен…

Но, то, что вызвало ярость у активистов движения в моей книжке, оказалось не рассуждение об их ориентации, с чем они и не спорят, а факт схожести их целей с целями педофильских организаций 70-х годов, судимых в 1980.

(из статьи Как держать в узде взрослых с помощью прав малышей; см. также книжку Fight for Family Битва за семью такого же создателя).

Мюриел Ньюман, доктор математических наук, прошлый преподаватель, политик, зам. председателя парламентской партии ACT New Zealand (Новенькая Зеландия):

Обычно роль морального учителя в обществе игралась семья, втолковывая детям, что отлично и что плохо, что верно и что некорректно. Малыши, которым заданы строгие рамки дозволительного и непозволительного поведения и которым дано ясное осознание последствий их морального выбора, в большинстве случаев становятся ответственными членами общества. Но в тех случаях, когда предки не занимаются правильным воспитанием малышей, результаты приводят к катастрофе…

Когда в прошедшем году лейбористское правительство вывело закон, запрещающий телесные наказания малышей, против него восстало большая часть новозеландцев. И не поэтому, что они ратуют за насилие над детками никто за это не выступает. Новозеландцы выступили против этого запрета, так как понимают, какой пикантный баланс существует в динамике домашней жизни. Хоть какой взрослый человек, который воспитывал малышей, знает, какая узкая грань существует меж положительным результатом и пучиной ошибки. И меньше всего семья нуждается во вмешательстве страны в свою личную жизнь.

Издав запрет на телесные наказания, правительство грубо внедрилось в самую сердцевину домашней жизни. Прогнозируемо, какой клин вбит меж родителями и детками. Сотворена ситуация, когда многие предки, ужаснувшись способности попасть под трибунал, побоятся ставить детям ограничения, по другому те могут посетовать властям. Эти опаски позволят воспитывать малышей только до максимума, когда двигаться далее становится непролазно тяжело и предки сдаются, предоставляя делему собственных неуправляемых малышей общественности…

Поощрение личной ответственности в качестве краеугольного камня публичных ценностей и, заодно, освобождение от отупляющей политкорректности, которая тяготеет над нашей государством уж очень длительно, это был бы, непременно, шаг в подходящем для Новейшей Зеландии направлении.

Эрик Бродин, доктор политологии, консерватор, спец по Скандинавии (США. Из статьи Разрушение семьи по-шведски):

Один английский журналист, возвратившись из Швеции, произнес: „Я лицезрел наше будущее никакой надежды“.

…Семья стала мишенью поэтому, что она является укрепляющим и более действенным элементом увековечения обычных ценностей, которые остаются единственным механизмом защиты общества от перевоплощения его в тоталитарное.

…В Швеции работает законодательство, в каком внутрисемейные дела и роль семьи в обществе vis-à-vis страны перетерпели конструктивные конфигурации, а именно:

…Ребенок подвержен неотклонимому прохождению программ по сексапильному просвещению, социализации и религиоведению, которые сознательно и с идейной установкой противодействуют ценностям, передаваемым через родителей в семье…

…Родитель не имеет права просмотра либо контроля учебных планов и учебников, которые можно не приносить домой…

…Родитель не имеет права выбора типа образования для собственного малыша, т. к. личные и конфессиональные школы находятся под запретом…

…В учебных планах преднамеренно подвергаются осмеянию классические половые роли и дела мальчик-девочка, мужчина-женщина, когда мальчишек заставляют заниматься шитьем, а девченок ковкой металла…

…Правительство является заступником всех интересов малыша, имея право определять, подходят ли ребенку его предки в соц и этическом отношении и лишать без суда и предупреждения родителей их родительских прав, так, к примеру, 16-летняя девченка может получить „развод“ с родителями…

…Правительство определяет, является ли правонарушением со стороны родителей разовое телесное наказание малыша либо временный запрет какой-нибудь его деятельности либо словесный выговор за нее. При определении этих действий как правонарушение родитель может быть подвергнут тюремному заключению…

 Posted by at 23:24

 Leave a Reply

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

(required)

(required)