Здравствуй, милая моя!
Я сейчас пробудилась полностью счастливым человеком. Я вдруг внезапно себе поняла, что я счастлива! Открыла вялые, покрасневшие от очередной бессонной ночи глаза, влезла в мягенькие, разрисованные едким маркером тапочки и проковыляла на кухню. Руки автоматом потянулись за молоком и крупой, но что-то их приостановило. Я подошла к заиндевелому окну и выглянула на улицу. Какой расчудесный морозный день – снег искрится и переливается под лучами февральского солнца, прохожих нет, только тишь, сказочная краса и что-то малюсенькое… Я пригляделась. Это была рыжеватая тощая кошка с небольшим лохматым котенком. Кошка куда-то его вела. То толкала, то несла, то звала за собой. А малыш повсевременно пробовал свернуть не в ту сторону. Я улыбнулась и поразмыслила: «Мать! Какой тяжкий труд и какое счастье – быть матерью! И я счастлива!»
Ты знаешь, у Матвея вырастает очередной коренной зуб – это нечто. Он орет не только лишь ночами, да и целыми деньками. В те редчайшие волшебные минутки тишины, во время его дневного сна, я просто глупо сижу и пробую расслабиться. Вчера я норовила помазать ему десну особым гелем, так он мне палец прокусил. Ничего не помогает. Что ж это за зубы такие?..
Попросила Полину присмотреть за братиком, пока я схожу в магазин (ведь ей скоро 5 – необходимо быть самостоятельной). Меня не было семь минут. Прихожу. Она подлетела и выпалила: «Мамочка, Матвей устроил потоп! Вся кухня в воде. Я позвонила в милицию!»
Я здесь поразмыслила, это сколько же во мне сил и энергии, чтоб целый денек бегать по квартире, выполняя иногда сложные, а иногда и очень сложные манипуляции по спасению жизней, здоровья и вещественных ценностей. Это какой мощности во мне батарейка? Ты случаем не знаешь?
В среду приходили гости. Обыкновенно, была обзорная экскурсионная поездка по квартире, и обыкновенно, не закрыли дверь в туалет. Начался ужин. Перчики, помидорчики, уточка, водочка – забегает Полина. Все так мило улыбнулись: «Что случилось, деточка?» И Полина, со всей собственной детской непосредственностью и честностью сказала, что Матвей зашел в туалет, достал из кошачьего лотка какашечки и пробует их утопить в унитазе.
Вчера трижды стирала белье для постели. Поначалу Матвей нарисовал на простыне что-то абстрактное, требующее времени на осмысление. Во 2-ой раз он просто взял и нахальным образом написал (прим.: ударение на «и»). А третью, мою самую возлюбленную простыню, пришлось замачивать в кислородном отбеливателе. Матвей пробовал поменять ее естественный цвет на оранжевый при помощи тыквенного сока, а Полина – замаскировать матвейкину работу собой.
Полина очень плохо ест, просто не знаю уже, что делать. Никакие ухищрения не помогают. Не так давно уговорила ее испытать печеночные котлеты. Она откусила и сморщилась: «Какая мерзость эти ваши котлеты! Я такие в жизни не лицезрела!» Сколько нервишек с этой пищей. Да что я для тебя говорю – ты сама все это пережила и помнишь. Кстати, а до какого возраста мамы воспринимают хоть какой чих собственного малыша как томную неизлечимую болезнь?
Время от времени мне кажется, что у всех все совершенно: малыши послушливые и отлично питающиеся, никто не хворает, не ноет, не устраивает «стачки, революции и массовые кавардаки», никто не скачет ночами за горшками, бутылочками и градусниками, не пробует вытряхнуть землю из доживающего последние деньки свои фикуса, не надевает на испуганно-зашуганную кошку чепчик от пупса, не писает на ковер с завидной регулярностью, не пробует засунуть для себя в рот первую попавшуюся мерзость на прогулке, не кусается, не дерется и не разбрасывает по всей квартире бесконечные игрушки и еще много чего не, не, не.
Но в какой-то момент, все-же наступают моменты тишины, мира и покоя. Я смотрю на этих сопящих ангелочков и думаю о том, как мне подфартило в жизни. Я чувствую, как чувство большой любви и нежности переполняет меня. Очень нередко вспоминаю, как мои дети появлялись на свет. Ты, конечно, помнишь, каково это? Ничто в мире не сравнится с родами по возможности причинять одичавшую боль и непередаваемую удовлетворенность сразу. И я признательна судьбе, Всевышнему и в особенности для тебя, за то, что мне пришлось это испытать.
И сейчас, когда я стояла и смотрела на эту рачительную маму-кошку и ее малеханького непослушливого детеныша, я внезапно поняла, что я счастлива. У меня есть малыши, а это самое главное!
Спасибо для тебя за все. Я тебя очень люблю, моя милая мамочка!
Твоя счастливая дочь.